Подкасты по истории

Майор армии убил 13 человек во время перестрелки в Форт-Худе

Майор армии убил 13 человек во время перестрелки в Форт-Худе

5 ноября 2009 года 13 человек убиты и более 30 ранены, почти все - безоружные солдаты, когда офицер армии США ведет неистовство стрельбы в Форт-Худ в центральном Техасе. Смертельное нападение, совершенное майором Нидалом Маликом Хасаном, армейским психиатром, было самым массовым расстрелом военной базы США.

Рано утром 5 ноября 39-летний Хасан, вооруженный полуавтоматическим пистолетом, крикнул «Аллаху Акбар» (арабское слово «Бог велик»), а затем открыл огонь по толпе внутри технологического центра Форт-Худ. где солдаты, которые собирались отправить за границу или возвращались из службы, прошли медицинский осмотр. Резня, в результате которой погибли 12 военнослужащих и один сотрудник Министерства обороны, продолжалась примерно 10 минут, прежде чем Хасан был застрелен сотрудниками гражданской полиции и взят под стражу.

Хасан, уроженец Вирджинии, сын палестинских иммигрантов, который руководил рестораном и мини-маркетом в Роаноке, окончил Технический университет Вирджинии и в 2003 году прошел курс психиатрии в Университете медицинских наук в Бетесде, штат Мэриленд. работает в Медицинском центре Уолтера Рида в Вашингтоне, округ Колумбия, лечит солдат, вернувшихся с войны с посттравматическим стрессовым расстройством. В мае 2009 года он получил звание майора армии, а в июле того же года был переведен в Форт-Худ. Расположенный недалеко от города Киллин, Форт-Худ, который включает в себя 340 квадратных миль зданий и сооружений, является крупнейшим военным постом США. На момент обстрела здесь проживало и работало более 50 000 военнослужащих, а также еще тысячи членов семей и гражданского персонала.

После кровавой расправы Пентагон и комиссия Сената США обнаружили, что начальство Хасана продолжало продвигать его, несмотря на то, что высказывались опасения по поводу его поведения, что свидетельствовало о том, что он стал радикальным и потенциально жестоким исламским экстремистом. Среди прочего, Хасан публично заявил, что война Америки с терроризмом на самом деле была войной против ислама.

В 2013 году Хасан, который остался парализованным ниже пояса в результате выстрелов, произведенных в него полицией, пытающейся остановить его буйство, предстал перед военным судом, где он выступил в качестве своего собственного адвоката. В своем вступительном слове он признал, что стрелял именно он. (Хасан ранее сказал судье, что, пытаясь защитить мусульман и лидеров Талибана в Афганистане, он застрелил солдат в Форт-Худе, которые направлялись в эту страну.) На оставшуюся часть судебного процесса Хасан не вызвал свидетелей. представил скудные доказательства и не привел никаких заключительных аргументов. 23 августа 2013 года присяжные признали Хасана виновным по 45 пунктам обвинения в умышленном убийстве и покушении на умышленное убийство, а позже он был приговорен к смертной казни за свои преступления.


Стрельба в Ft. Капюшон оставляет сообщество потрясенным

Сообщается, что в четверг в результате перестрелки в Форт-Худе, штат Техас, 13 человек погибли и 30 были ранены. Это была самая страшная массовая стрельба на территории внутренней военной базы США. Чтобы получить свежую информацию, ведущий Мишель Мартин беседует с Терри Уитли, старшим пастором Христианского центра Грейс, большого собрания в Киллине, штат Техас - городе, прилегающем к Форт-Худу. Многие из прихожан пастора Уитли являются военнослужащими или, так сказать, членами их семьи. Капелланы из Христианского центра «Грейс» были в сообществе, помогая местным жителям пережить это трудное и запутанное время.

Я Мишель Мартин, и это РАССКАЖИ МНЕ БОЛЬШЕ из новостей NPR.

П: политический вдохновитель Дэвид Плафф. Он руководил кампанией Обамы, и теперь он написал об этом книгу под названием «Наглость, чтобы победить». Он будет с нами чуть позже. Но сначала мы сфокусируемся на вчерашней стрельбе в Форт-Худе, штат Техас. Предполагаемый преступник, армейский психиатр майор Нидал Малик Хасан, как сообщается, убил не менее десятка человек и ранил еще 30 человек. Это была самая страшная массовая стрельба на внутренней военной базе США.

Через мгновение мы услышим от местного мусульманского лидера, который живет недалеко от Форт-Худ, о том, как местные мусульмане реагируют на трагедию. Мы спрашиваем, потому что предполагаемый стрелок - американский мусульманин. Но сначала Терри Уитли, старший пастор Христианского центра Грейс, большого собрания в Киллине, штат Техас. Это город, прилегающий к форту Худ. Многие из прихожан пастора Уитли являются военнослужащими или, так сказать, членами их семьи. И капелланы из Христианского центра Грейс были в сообществе, помогая местным жителям пережить это очень трудное время, и мы рады, что пастор Уитли смог присоединиться к нам. Спасибо, что присоединился к нам.

ТЕРРИ УИТЛИ: Пожалуйста, Мишель. Приятно быть с тобой.

УИТЛИ: У меня все хорошо. По-прежнему в некотором шоке. И вы знаете - и несколько сбиты с толку тем, что произошло в нашем сообществе.

МАРТИН: Какими были последние 24 часа?

УИТЛИ: Это целый ряд эмоций для меня и большинства людей, о которых я говорю и с которыми разговариваю. Они очень, очень обеспокоены и шокированы этим инцидентом.

МАРТИН: Как вы узнали о том, что произошло? Как это слово дошло до вас?

УИТЛИ: Слухи дошли до меня из моего офиса. Вчера днем ​​меня не было в офисе. Было около 1:20 по центральному времени, они позвонили мне на мобильный и рассказали, что происходило в Форт-Худ в то время.

МАРТИН: В какой поддержке люди нуждаются прямо сейчас? Что члены вашей общины делают вместе с ними и для них, чтобы помогать друг другу в этом?

УИТЛИ: Просто сделать себя доступным, и, очевидно, у нас много контактов с сообществом Fort Hood и отношения, и прямо сейчас мы делаем себя доступными через различные агентства - это все, что мы можем сделать. Наши объекты готовы к использованию официальными лицами Форт-Худ, Красным Крестом - всем, кому от нас что-то нужно, мы готовы. И это то, к чему мы готовимся сегодня, - это еще больше расширить эту помощь, чтобы понять, как мы можем помочь, в частности, в удовлетворении духовных и эмоциональных потребностей семей жертв.

МАРТИН: Я думаю, что если вы военнослужащий за границей и каким-то образом слышите об этом, и у вас есть семья дома.

МАРТИН:. как ужасно быть там, как ужасно быть так далеко и гадать, что происходит. Вы получаете такие вопросы?

МАРТИН: Пытаться сообщить людям, что они в порядке.

УИТЛИ: Да, это так. Мы слышим, что есть хорошая часть, что - конечно, много - у нас есть около 25000 военнослужащих из Форт-Худ, которые находятся либо в Ираке, либо в Афганистане, и что многие из них слышали и слышали и звонят и отправляют текстовые сообщения и все, чтобы проверить свои семьи. Итак, это происходит, да.

МАРТИН: И я думаю, пастор, многие люди вспомнят, что в 1991 году в этом городе - в вашем городе произошел еще один ужасающий инцидент, когда мужчина проехал через окно кафетерия Льюби.

МАРТИН:. и открыл огонь по клиентам, в результате чего погибли около 24 человек.

МАРТИН:. инцидент в том числе со стрелком. И я предполагаю, что в городе все еще есть люди, которые помнят это, и я просто думаю, каково это - пережить что-то еще подобное.

УИТЛИ: Да, это так. Я был очень хорошо осведомлен о резне Луби - должен был быть там, у Луби во время стрельбы, и некоторые обстоятельства диктовали, что я пропущу эту встречу, иначе я был бы там. И услышать новости о расстреле Луби в 91-м - октябре 91-го - это то, что произошло вчера, очень сюрреалистично и очень напоминает те дни после той ужасной трагедии, и это то, что происходит сейчас, знаете ли.

МАРТИН: И пастор, простите меня, я просто должен спросить, как вы понимаете это духовно. Я уверен, что — я предполагаю, что вы собираетесь проповедовать в воскресенье.

МАРТИН: И что ты собираешься сказать?

УИТЛИ: Сегодня я собираюсь собраться с мыслями. Ты совершенно прав, Мишель, я собираюсь обратиться к своей пастве и ... об этой ужасной трагедии. Сегодня я буду собирать свои мысли и получать их, но я собираюсь поговорить о том, где находится Бог в эти времена. И я собираюсь обратиться, вы знаете, к исцелению, к выжившим и к тому, что мы должны делать, как люди, которых Иисус призвал быть солью и быть светом для мира, особенно в эти времена и, вы знаете, , у нас сейчас нет ответов на все.

И очень часто мы получаем, знаете ли, каковы ответы, а мы даже не уверены, в чем заключаются вопросы. Но как мы можем просто - как мы можем быть доступны и как мы можем быть исцеляющей силой в это время для нашего сообщества, для наших братьев и сестер, которые пережили это, и для всей семьи, и как мы можем помочь принести исцеление - вот что я сосредоточусь на. Вы знаете, что нам теперь делать?

МАРТИН: Что ж, пастор, в настоящее время мы очень много думаем о вас. Вы и все, о ком вы заботитесь в это время. Итак, мы благодарим вас за то, что нашли время.

МАРТИН: К нам присоединился пастор Терри Уитли из Техаса. Он старший пастор христианского центра Грейс, который находится прямо возле Форт-Худ в Киллине, штат Техас.

Авторское право и копия 2009 NPR. Все права защищены. Посетите страницы условий использования и разрешений на нашем веб-сайте www.npr.org для получения дополнительной информации.

Стенограммы NPR создаются в срочном порядке Verb8tm, Inc., подрядчиком NPR, и производятся с использованием патентованного процесса транскрипции, разработанного NPR. Этот текст может быть не в окончательной форме и может быть обновлен или изменен в будущем. Точность и доступность могут отличаться. Авторитетной записью программирования NPR & rsquos является аудиозапись.


Главный уорент-офицер Майкл Грант Кэхилл (в отставке) из Кэмерона, штат Техас

Через неделю после стрельбы Хасану было предъявлено обвинение по 13 пунктам обвинения в умышленном убийстве.

2 декабря 2009 года Хасану было предъявлено обвинение по 32 пунктам обвинения в покушении на умышленное убийство.

Он был привлечен к уголовной ответственности 20 июля 2011 года.

8 июня 2012 года слушание дела Хасана было перенесено после того, как он явился в суд с бородой, что является нарушением военных правил.

Военный апелляционный суд приостановил дело об убийстве на неопределенный срок 17 августа 2012 года, чтобы определить, могут ли военные насильно сбрить бороду Хасану. Хасан утверждал, что его религия требует, чтобы он носил бороду.

18 октября 2012 года военный апелляционный суд постановил, что Хасана могут насильно побрить.

Хасан был признан физически годным, чтобы представлять себя во время судебного заседания 3 июня 2013 года.

Военный трибунал начался 6 августа 2013 года.


Эксперты утверждают, что стрелок из Форт-Худ соответствовал профилю буйного убийцы

По словам представителей армии, он был в депрессии. Он утверждал, что получил черепно-мозговую травму и посттравматический стресс.

Поиск ответов на вопрос, почему Spc. Иван Лопес открыл огонь по незнакомцам в Форт-Худе 2 апреля, убив троих и ранив 16, прежде чем направить оружие на себя. На решение этой проблемы могут уйти месяцы, если вообще когда-нибудь.

Некоторые эксперты, однако, полагают, что Лопес соответствует профилю типичного неистового убийцы, мотивируемого чаще всего кипящей обидой и местью, а не внезапной вспышкой гнева. Эксперты, ни один из которых не знает Лопеса, основывают свою оценку на многолетнем исследовании динамики массовых убийств.

«Представление о сумасшедшем бандите, который внезапно щелкает и приходит в ярость, - это скорее миф, чем реальность», - написал Джеймс Алан Фокс, профессор криминологии Северо-Восточного университета, в прошлогодней статье для CNN. «Скорее, массовые убийцы действуют методично и целенаправленно. Они видят в других, часто бывших начальниках или начальниках, виноватых в их жалком существовании ... идея получить даже становится всепоглощающей ».

В сообщениях СМИ основное внимание уделялось психическому здоровью Лопеса, например, было ли у него посттравматическое стрессовое расстройство, и предполагалось, что армия каким-то образом виновата в том, что не вылечила того, кто мог прибегать к насилию.

У стрелков неистовства иногда действительно есть очевидные серьезные проблемы с психическим здоровьем, которые вызывали беспокойство перед их кровопролитными играми. В их число входят стрелки в театре Колорадо, торговом центре Аризоны, верфи ВМС США в Вашингтоне, округ Колумбия, и начальной школе Сэнди Хук в Коннектикуте. Но все они питали негодование, говорят эксперты, и обвиняли других в несправедливости по отношению к ним. Могли ли они быть остановлены заранее - это «исключительно сложный вопрос», включая гражданские свободы, медицинскую этику, законы об оружии и оружии, согласно прогрессивному журналу Mother Jones, который провел обширное расследование массовых расстрелов.

Энн Спекхард, адъюнкт-профессор психиатрии в Медицинской школе Джорджтаунского университета, сказала, что, по ее мнению, причиной были проблемы с психическим здоровьем, а Лопес была нестабильной.

«Я вижу парня, у которого только что умерла мать, который, по словам друга,« в ярости »из-за того, что у него не хватает свободного времени, чтобы пойти на ее похороны. В то же время он просит о помощи и принимает лекарства от тревоги и депрессии… », - сказал Спекхард в электронном письме.

«Затем он идет на базу, вступает в спор и устраивает перестрелки. Это похоже на человека, который не может хорошо контролировать свои эмоции или импульсы и был дестабилизирован чем-то - смертью в своей семье, психотропными [наркотиками], переездами, чем-то в его прошлом », - сказала она. «Я думаю, что проблемы психического здоровья - лучшее объяснение».

Но эксперты по неистовствующим убийствам говорят, что действия Лопеса предполагают, что его перестрелки были в значительной степени результатом давно назревавшей неудовлетворенности своей жизнью и своей карьерой в армии, в сочетании с вынесением обвинения во внешнюю оболочку или козлом отпущения.

«Буйные убийцы - это люди, которых унижали», - сказал Рэндалл Коллинз, профессор социологии Пенсильванского университета, изучавший множество массовых стрелков. «Что они действительно хотят, так это исправить свой имидж. Это «Я покажу этим людям».

Лопес, 34 года, был на десять лет или более старше, чем почти все остальные в своем ранге. По данным армии, он стал военнослужащим действительной службы в 2010 году после нескольких лет, проведенных на полставки в Национальной гвардии и, по сообщениям, в качестве офицера полиции в своем родном Пуэрто-Рико.

«Ты уходишь от копа - до копов всегда откладывают - теперь он в армии, он водитель грузовика, он низшего ранга. «Это реальное падение статуса», - сказал Коллинз в телефонном интервью.

Кроме того, переход от пехотинца к водителю грузовика, как это сделал Лопес в феврале, также будет воспринят в армии как отставка.

Лопесу поставили диагноз депрессия с диагнозом черепно-мозговая травма и обследовали на предмет посттравматического стресса. Армия утверждает, что он не видел боевых действий и не пострадал за четыре месяца, проведенные в Ираке в 2011 году.

Коллинз сказал, что жалобы на психическое здоровье могли быть «своего рода сценарием, почти как прикрытие».

«Другие люди делают эти заявления - проблемы психического здоровья как бы вписываются в существующую культуру. Это своего рода стандартная жалоба, - сказал он.

По словам его семьи, Лопес был возмущен, когда командиры отказались предоставить ему отпуск, который он просил, чтобы присутствовать на похоронах его матери.

Официальные лица заявили, что в день стрельбы у него возник спор, по-видимому, из-за очередного отпуска.

По словам Коллинза, это могло быть спусковым крючком, вызывающим ярость унижением.

Эксперты отметили, что факт стрельбы на военной базе не особо примечателен. По словам Фокса, массовые стрелки, большинство из которых мужчины среднего возраста, чаще всего стреляют в свои семьи, но они также часто наносят удары по месту работы. Младшие массовые стрелки нацелены на школы, торговые центры и театры.

Они нацелены на ненавистных людей, которые, по их мнению, виноваты в их несчастьях. Или они стреляют во всех, кто присутствует в том, что Фокс называет «убийством по доверенности».

«Что они хотят, так это изменить сценарий, который доминировал в их жизни - на то, чтобы на них смотрели свысока со стороны других в этом учреждении. Люди, над которыми обычно доминируют, ищут момент доминирования над другими

«Это заполняет их горизонт, яростный убийца редко планирует, что произойдет дальше. При всем своем тщательном планировании он не строил планов побега », - написал Коллинз в сентябре 2012 года в своем блоге« Социологический глаз ». «Массовое убийство - последнее, ошеломляющее символическое событие в его жизни».

Дело Лопеса - это третий случай, когда кто-то, связанный с Форт-Худом, совершил публичный массовый расстрел в Киллине, штат Техас.

Майор Нидал Хасан, армейский психиатр и исламский экстремист, убил 13 человек и ранил более 30 человек в Форт-Худ в 2009 году. Хасан, чья серия перестрелок закончилась после того, как он был застрелен полицией, купил свое оружие в том же магазине Killeen, где находится Лопес. купил полуавтоматический пистолет Smith & amp Wesson калибра .45, который использовал на своих жертвах, прежде чем покончить с собой в столкновении с полицией.

Находясь в камере смертников, Хасан утверждал, что убил военнослужащих, которые собирались направить в Афганистан для защиты талибов, и его действия широко рассматриваются как идеологически мотивированный терроризм.

Но он также подходил под профиль массового убийцы: аутсайдер среднего возраста, недовольный своей работой и бессильный изменить ее. Армия квалифицировала это событие как насилие на рабочем месте.

Реже упоминается так называемая резня Луби в 1991 году. 35-летний безработный моряк-купец Джордж Хеннард разбил свой пикап через переднее окно местного кафетерия, затем застрелил 50 человек, убив 23, прежде чем покончить с собой.

Отец Хеннарда был армейским полковником, хирургом и командиром армейского госпиталя Дарналла в Форт-Худе в конце 1970-х годов.

Но дело Лопеса похоже на дело сержанта. 44-летний Джон М. Рассел, застреливший пять человек в клинике боевых стрессов на окраине Багдада в 2009 году.

Во время своего трибунала защита Рассела утверждала, что Рассел, находясь в третьем командировке, был склонен к самоубийству. По словам его адвокатов, его «сорвали» из-за жестокого обращения со стороны некомпетентных поставщиков психиатрических услуг.

Но свидетели обвинения рассказали о стареющем, неудачливом солдате, который боролся на работе.

Прокуроры заявили, что Рассел разгневался и стал кровожадным, потому что его не эвакуировали из Ирака после того, как он заявил, что склонен к самоубийству, что он обвинил работников клиник и хотел отомстить. Они отметили, что после того, как он вылетел из клиники, он угнал грузовик и M16 и вернулся в клинику, поездка заняла около 40 минут. Он выкурил сигарету, снял опознавательные бирки и оптический прицел винтовки, проскользнул через заднюю дверь и начал стрелять. В прошлом году Рассела приговорили к пожизненному заключению без права досрочного освобождения.

ИсправлениеДата убийств в Форт-Худе была неверной. В истории должно было быть сказано, что майор Нидал Хасан, армейский психиатр и исламский экстремист, убил 13 человек и ранил более 30 человек в Форт-Худе в 2009 году.


Отправляя нам свой адрес электронной почты, вы соглашаетесь на рассылку новостей Army Times Daily News Roundup.

«Когда я прибыл вчера вечером, я остановился и выразил свое почтение в Мемориале Форт-Худ 5 ноября», - сказал Пенс. «Я прошел мимо колонн, посвященных - каждой отдельной - 13 мужчинам и женщинам, павшим в тот день. И я был глубоко тронут - тронут данью памяти всем погибшим ».

/> Каменный мемориал в честь погибших во время стрельбы 5 ноября 2009 года в Форт-Худе, штат Техас. (Мастер-сержант Джейкоб Колдуэлл / Армия)

«Как Staff Sgt. Эми Крюгер, которая накануне того рокового дня готовилась к командировке в Афганистан », - добавил Пенс. «Или Spc. Джейсон Дин Хант, который только что женился за два месяца до этого. Или Pfc. Франческа Велес, которая только что вернулась из Ирака и ждала первого ребенка ».

Погибшие в результате нападения:

  • Майкл Грант Кэхилл, 62 года, штатский помощник врача, старший прапорщик в отставке.
  • Либардо Эдуардо Каравео, 52 года, мажор.
  • Джастин Майкл ДеКроу, 32 года, старший сержант.
  • Джон П. Гаффани, 56 лет, капитан.
  • Фредерик Грин, 29 лет, специалист.
  • Джейсон Дин Хант, 22 года, специалист.
  • Эми Сью Крюгер, 29 лет, сержант.
  • Аарон Томас Немелка, 19 лет, рядовой 1-го класса.
  • Майкл С. Пирсон, 22 года, рядовой первого класса.
  • Рассел Гилберт Сигер, 51 год, капитан.
  • Франческа Велес, 21, частный первый класс.
  • Хуанита Л. Варман, 55 лет, подполковник.
  • Кхам Си Сюн, 23 года, частный первый класс.

Жертвы стрельбы были награждены Пурпурными сердцами в 2015 году после вмешательства Конгресса.

Законодатели добавили поправку к законопроекту о расходах на оборону 2015 года, которая расширила право на участие в программе «Пурпурное сердце» на нападения, в которых человек «поддерживал связь с иностранной террористической организацией до нападения» и был «вдохновлен или мотивирован» террористической группой.

Было известно, что Хасан до совершения нападения общался с имамом йеменско-американского происхождения Анваром аль-Авлаки, печально известным пропагандистом Аль-Каиды. Авлаки никогда не давал Хасану каких-либо явных указаний, и радикализация армейского майора, вероятно, началась раньше, чем его электронные письма священнослужителю, согласно обзору дела Хасана в 2018 году Программой по экстремизму Университета Джорджа Вашингтона.

В конце концов Авлаки был убит ракетами Hellfire, запущенными с дронов, в сентябре 2011 года.

Во время своего визита в Форт-Худ на прошлой неделе Пенс также обратился к семьям погибших в результате нападения и более чем 30 выжившим раненым.

«Американский народ с вами, и этот народ никогда не забудет и не упустит возможность почтить службу и жертвы наших героев, павших 5 ноября 2009 года», - сказал Пенс.


Офицер армии, обвиненный в резне в Форт-Худе, вернулся в суд

САН-АНТОНИО (Рейтер) - майор армии Нидал Хасан, обвиняемый в убийстве 13 человек во время беспорядков со стрельбой в 2009 году в Форт-Худ, штат Техас, в среду находился в военном суде базы на слушании по его просьбе об изменении места проведения суда. военное судопроизводство и другие процедурные вопросы.

В прошлом месяце военный судья назначил 1 июля началом военного трибунала Хасана, который находится под стражей после перестрелки, в результате которой также были ранены 32 человека. В случае признания виновным Хасану грозит смертная казнь.

Выбор жюри, или коллегии по военно-правовой терминологии, планируется начать в мае.

Судья полковник Тара Осборн пытается привести график судебных заседаний в соответствие с графиком после длительных задержек, в то время как система военной юстиции обсуждает, следует ли требовать от Хасана, мусульманина, сбривать бороду в соответствии с военными правилами.

Осборн отложил этот вопрос в сторону.

Джеффри Аддикотт, отставной судья спецназа, генеральный прокурор, сказал, что Осборн, вероятно, откажется от просьбы перенести судебный процесс на другую базу.

«Это настолько громкое дело, что вы не можете пойти ни на одну военную базу в мире и найти группу, которая не слышала об этом деле», - сказал Аддикотт.

Армия сообщила, что офицеры, которые войдут в состав жюри Хасана, будут переведены с другого поста, вероятно, из форта Силл в Оклахоме.

Хасан обвиняется в том, что прыгнул на стол в офисе в Ft. Худ 5 ноября 2009 г. и стрелял из пистолета по солдатам, которые готовились к отправке на Ближний Восток.

Буйство закончилось, когда два гражданских полицейских застрелили Хасана, оставив его навсегда парализованным ниже груди. Он явился в суд в инвалидной коляске.

Другие возможные темы для слушаний в среду включают возражения защиты против показаний эксперта по терроризму Эвана Кольмана, который, как надеются обвинители, поможет им доказать, что Хасан планировал нападение как террористический акт.

Осборн отклонил ходатайство адвокатов Хасана об отмене смертной казни в обмен на признание вины.

Хасан также мог признать себя виновным по менее серьезным обвинениям, включая 32 спецификации покушения на смертную казнь. Ричард Розен, бывший штатный судья-адвокат Ft. Худ, а ныне профессор права в Техасском техническом университете, ожидает, что этот вариант вызовет у судьи тяжелые вопросы.

Розен сказал, что Хасану, возможно, потребуется сообщить суду, что он принимает на себя ответственность за свои действия. «Ничто из того, что Хасан сказал или сделал до сих пор, не дает мне поверить в то, что он сожалеет о своих действиях», - сказал Розен.

Джеффри Корн, бывший подполковник корпуса армейских судей-адвокатов, а ныне профессор Юридического колледжа Южного Техаса в Хьюстоне, сказал, что выражение сожаления может быть важным, если Хасан надеется избежать смертной казни.

«Единственное, что он может предложить, - это готовность принять на себя ответственность и показать свое раскаяние».

Но эксперты по военному праву заявили, что не ожидают от Хасана признания вины на этом слушании, и это более вероятно незадолго до начала судебного процесса.

Корн сказал, что после многих лет споров Осборн вряд ли примет какие-либо просьбы защиты, которые задержали бы военный трибунал.

«Я думаю, она чувствительна к тому факту, что это затягивается уже давно, и пора передать дело в суд», - сказал он.


Майор армии убил 13 человек во время перестрелки в Форт-Худе

Подполковник Чарли Браун

Во время перестрелки в Форт-Худе майор убил 13 человек

http://www.answeringmuslims.com/ Задолго до того, как он убил более дюжины человек в форте Худ, майор Нидал Малик Хасан утверждал, что Коран поддерживает преступление.

Спасибо, мой друг подполковник Чарли Браун, за напоминание о том, что 5 ноября 2009 года армейский психиатр майор Нидал Малик Хасан убил 13 человек и ранил более 30 человек, почти все из них были невооруженными солдатами.

Майор Нидал Малик Хасан & # x27s Презентация PowerPoint о мусульманах в армии
https://www.youtube.com/watch?v=gq4VLhec1RI

Надеемся, что президент Дональд Трамп возобновит казни в форте Ливенворт, начиная с Нидала Малика Хасана.

Изображений
1. Лица, которых Надаль Малик Хасан убил 5 ноября 2009 г. 62-летний Майкл Грант Кэхилл из Камерона, штатный помощник врача, убил, когда пытался подчинить себе стрелка.
Капитан Джон П. Гаффани, 56 лет, Сьерра-Месас, Калифорния, также выстрелил, заряжая стрелка.
Spc. 29-летний Фредерик Грин из Маунтин-Сити, штат Теннесси, также стрелял, пытаясь усмирить стрелка.
Майор Либардо Эдуардо Каравео, Вудбридж, Вирджиния.
Staff Sgt. Джастин Майкл ДеКроу, 32 года, Плимут, Индиана, ранен в грудь.
Spc. Джейсон Дин Хант, 22 года, Норман, Оклахома, выстрелил в спину.
Staff Sgt. Эми Сью Крюгер, 29 лет, Кейл, Вашингтон, ранена в грудь.
Pfc. Аарон Томас Немелка, 19 лет, Западный Джордон, Юта, получил ранение в грудь.
Pfc. Майкл С. Пирсон, 22 года, Болингбрук, Иллинойс, ранен в грудь.
Капитан Рассел Гилберт Сигер, 51 год, Расин, Вашингтон.
Pfc. Франческа Велес, 21 год, Чикаго, Иллинойс, убита выстрелом в грудь и была беременна, когда умерла. Ее нерожденный ребенок, который также умер, никогда не входил в число погибших по отдельности.
Подполковник Хуанита Л. Варман, 55 лет, Питтсбург, Пенсильвания, ранена в живот.
Pfc. Кхам Си Сюн, 23 года, Сент-Пол, Миннесота, выстрелом в голову.

2. Полковник в отставке Кэти Платони (слева) приветствует президента Трампа во время визита жертв стрельбы в больницу Майами-Вэлли недалеко от Дейтона, штат Огайо, 7 августа 2019 г.

3. Персонал сержант. Патрик Зейглер, его жена Джессика и их сын Лиам вместе проводят время на солнышке возле здания Службы поддержки выживших в Форт-Худе, ожидая приговора военного трибунала майора Нидала Хасана, который был обвинен в вынашивании во время перестрелки 5 ноября 2009 г., в результате которой 13 человек погибли и 32 были ранены, 26 августа 2009 г. Зиглер получил разрешение на учебу в школе кандидатов в офицеры, когда во время инцидента в него выстрелили четыре раза, в том числе один выстрел в голову, что потребовало удаления 20 процентов его мозга. Хасан был признан виновным менее чем через час после того, как была сделана эта фотография, и через два дня приговорен к смертной казни. (Фотография армии США сделана сержантом Кеном Скаром, 7-й мобильный отряд по связям с общественностью)

4. Начальник штаба армии Джордж Кейси пожимает руку капрал. Джонотан Ривера во время визита на аэродром Кандагар, Афганистан, 28 апреля 2010 г., чтобы проверить самочувствие солдат, пострадавших от обстрелов в Форт-Худе, во время подготовки к их текущему развертыванию.

Десять лет назад, в четверг 5 ноября 2009 года, день, который в Киллине выдался прохладным, но ярким, быстро превратился в кровавый, когда психиатр армии США вошел в центр повышения устойчивости и начал стрелять.
Нидал Малик Хасан застрелил 13 человек и ранил более 30 человек, прежде чем сержант гражданской полиции Форт-Худ Марк Тодд застрелил его, положив конец беспорядкам.
Из 13 убитых 11 скончались на месте происшествия, двое других скончались позже, попав в больницы.
Одна из убитых была беременна, но ее ребенок, который также умер, никогда не учитывался в индивидуальном списке жертв.
Стрельба по-прежнему считается самой страшной массовой стрельбой на военной базе в истории США.
Из-за ран Хасана его парализовало ниже пояса, но вскоре после этого ему было предъявлено официальное обвинение по 13 пунктам обвинения в умышленном убийстве и 32 пунктам обвинения в покушении на убийство в соответствии с Единым кодексом военной юстиции.
Это были обвинения, с которыми он столкнулся в военном трибунале, начавшемся 7 августа 2013 года, во время которого Хасан выступал в качестве своего собственного адвоката.
В своем вступительном слове он признал, что был вооруженным преступником, и заранее сообщил судье, что застрелил солдат в Форт-Худе, которые направлялись для защиты мусульман и лидеров Талибана в Афганистане.
Хасан не вызвал свидетелей, представил лишь скудные доказательства и не выступил с заключительными аргументами.
23 августа 2013 года военный трибунал признал его виновным по всем 42 пунктам обвинения, а затем пять дней спустя назначил ему смертную казнь.
Хасан, одетый в военную форму, никак не отреагировал, когда комиссия из 13 старших офицеров вынесла смертный приговор.
Если бы решение не было единодушным, Хасан был бы приговорен к пожизненному заключению.
Комиссия также лишила Хасана заработной платы и других финансовых льгот, которые он продолжал получать, находясь под стражей до осуждения.
Хасана доставили в Форт-Ливенворт, штат Канзас, где он является одним из шести военнослужащих, ожидающих казни в камере смертников.
Те, кто заботится о нем там, вместе с его адвокатом Джоном Галлиганом из Белтона, говорят, что гораздо более вероятно, что он умрет от полученных травм, чем от казни.
Ни один военнослужащий, находящийся на действительной военной службе, не был казнен с 1961 года, и эксперты по правовым вопросам заявили, что, вероятно, пройдет много лет, если вообще когда-либо, прежде чем приговор будет приведен в исполнение.

Хасан крикнул «Аллаху Акбар», а затем открыл огонь.
В конечном итоге расследование показало Хасана в 13:34. 5 ноября 2009 г. вошел в Центр готовности солдат, место, куда солдаты обращались за обычной медицинской помощью перед развертыванием, незадолго до отправки в Афганистан.
У Хасана был пистолет FN 5-7, который он снабдил двумя лазерными прицелами, красным и зеленым, и револьвером Smith & amp Wesson .357 Magnum более старой модели, которым он не пользовался.
Он остановился у первого стола за северной дверью и попросил показать ему майора Пэрриша, офицера, который помогал Хасану готовиться к развертыванию.
Свидетель сказал, что солдат, стоявший за столом, встал и пошел по коридору, чтобы найти офицера, и, пока он ушел, Хасан проскользнул за свой стол, на несколько секунд склонил голову, как в молитве, резко встал, крикнул: «Аллаху Акбар! '(по-арабски: Бог велик) и начал без разбора обстреливать комнату.
По словам свидетеля, после первого беспорядочного выстрела Хасан начал стрелять в отдельных солдат.
Капитан резерва армии США Джон П. Гаффни подбежал к Хасану, когда тот стрелял, но был смертельно ранен, не дойдя до него, как и помощник гражданского врача Майкл Кэхилл из Кэмерона, который обрушился на Хасана стулом, но был застрелен.
Армейский резерв Spc. Логан Бернетт, всего через несколько секунд, когда он бросил стол в Хасана, получил огнестрельное ранение в левое бедро, упал и смог выползти в безопасное место в соседнем кабинете.
Another Army specialist who was at the back of the building where Parrish worked, severely cut his hand when he broke out an office window through which Parrish, two other soldiers and he were able to escape into a parking lot.
Hasan still was roaming the building, targeting and shooting soldiers as he went, but though he had several opportunities, he didn’t fire on civilians for the most part, instead opting for uniformed soldiers as targets.
“At one point, Hasan reportedly approached a group of five civilians hiding under a desk,” a U.S. Army Criminal Investigation Division report issued after the incident noted.
“He looked at them, swept the dot of his pistol's laser sight over one of the men's faces, and turned away without firing.”
Deputy Director of Human Resources for Fort Hood Lt. Col. Tom Eberhart arrived, rushed inside the medical building to offer help and later recalled he had to step over bodies to enter the building's north door.
He recalled folding chairs being strewn about the room in the building’s waiting area and while there assisted another soldier performing CPR on a wounded man, then noticed a soldier outside the south doors and went to him to help.
Staff Sgt. Alonzo Lunsford, a medical assistant from the building, lay unconscious and had two wounds to his abdomen and one in his scalp.
Eberhart commandeered a table and he and other soldiers placed Lunsford on it and took him inside to triage.
On the other side of the building Hasan had moved outside but still was firing at soldiers when civilian police Sgt. Kimberly Munley encountered him.
The two immediately exchanged gunfire that left Munley wounded in the hand by shrapnel, then two bullets struck Munley, the first in her thigh and a second one hit her knee.
The investigator’s report noted Hasan walked up to Munley, kicked her pistol out of reach, but did not kill her.
As the rampage continued outside, nurses and others rushed into the building trying to aid the wounded and dying, but: “according to the responding nurses, there was so much blood covering the floor inside the building, that they were unable to maintain balance, and had difficulty reaching the wounded to help them,” the CID report said.
Herman Toro, Director of the Soldier Readiness Center, got to the scene just as Hasan went around an outside corner, out of sight, but still shooting.
“Toro and another site worker rushed to assist Lt. Col. Juanita Warman who was down on the ground north of the medical building,” the report says.
They grabbed her by the arms and were trying to take her to safety when Hasan returned.
Toro told investigators he watched as the red laser sight dot from Hasan’s pistol danced across his chest, but he did not fire.
Toro took cover behind an electrical box and from there saw Todd arrive, confront and shout commands at Hasan to surrender.
"Then he turned and fired a couple of rounds at me,” Toro recalled, but “I didn't hear him say a word, he just turned and fired."
Toro later would testify he watched as Todd and Hasan exchanged gunfire until Hasan emptied his weapon, then as he was digging for another magazine, was felled by five shots from Todd.
Todd “ran over to him, kicked the pistol out of his hand, and put handcuffs on him as he fell unconscious,” Todd said.
Within about 10 minutes the shooting was over, but the carnage left behind was just unfolding.
At first police thought there were three gunmen and for a time two other soldiers were detained, but they subsequently were released after investigators discovered they weren’t involved.

Hasan was prepared to kill more
Investigators reported they found 146 spent shell casings inside the building and 68 more outside, accounting for 214 rounds being fired either by Hasan or officers who subdued him.
Pretrial testimony showed Hasan, on July 31, 2009, purchased the FN Five-seven semi-automatic pistol that he would use in the attack.
Army Spc. William Gilbert, a regular customer at the gun store, said Hasan walked in and asked for "the most technologically advanced weapon on the market and the one with the highest standard magazine capacity".
Hasan was asked what he wanted the pistol for, but refused to answer, Gilbert said.
Hasan left, saying he wanted to research the weapon, then returned the next day and purchased it.
Over the next few weeks he visited the store once a week to buy extra magazines, along with 3,000 total rounds of 5.7x28mm SS192 and SS197SR ammunition.
In the weeks prior to the attack, Hasan visited an outdoor shooting range in Florence, where he honed his skills at hitting silhouette targets at distances of up to 100 yards, trial testimony showed.
No soldiers at the readiness center were armed because the Army prohibits soldiers from carrying personal weapons while in uniform.
In addition to the expended rounds, one of the medics who treated Hasan at the scene reported to investigators “he was still carrying 177 rounds of unfired ammunition in his pockets, contained in both 20- and 30-round magazines.”
The investigation was intense and from the beginning involved both military and civilian law enforcement groups, including the lead investigators from CID, augmented by the local civilian police investigators, Texas Rangers, Texas Department of Public Safety troopers, Bell County Sheriff’s deputies and FBI agents from field offices in San Antonio, Austin and Waco.
Bell County played a major role in the story as Hasan waited for court martial because it was in the Bell County Jail where Hasan was housed for almost four years.
The jail had to build a hospital intensive care unit in the jail infirmary where Hasan was housed after he was released from an Army hospital and was awaiting court martial.

Colleagues were concerned about Hasan’s increasing radicalization
The son of Palestinian immigrants who ran a Roanoke restaurant and convenience store Hasan was born in Virginia, graduated from Virginia Tech completed his psychiatry training at the Uniformed Services University of Health Sciences in Bethesda, Md., in 2003 and moved on to residency at Walter Reed Medical Center in in Washington, D.C. where he was tasked with treating soldiers returning from war with post-traumatic stress disorder.
He promoted to major in May 2009, and two months later was sent to Fort Hood, at the time the largest active-duty U.S. military post in the world, where more than 50,000 military personnel were stationed, along with thousands more family members and civilian personnel.
Reports surfaced within days in the media that a Joint Terrorism Task Force had been aware of a series of e-mails between Hasan and the Yemen-based Imam Anwar al-Awlaki, a known NSA security threat.
The reports also indicated Hasan's colleagues had been aware of, and concerned about, his increasing radicalization for several years.
On May 17, 2007, One of Hasan's supervisors at Walter Reed sent the memo to the Walter Reed credentials committee that read: "Memorandum for: Credentials Committee. Subject: CPT Nidal Hasan."
The document warns: “The Faculty has serious concerns about CPT Hasan's professionalism and work ethic. . He demonstrates a pattern of poor judgment and a lack of professionalism."
Maj. Scott Moran, chief of psychiatric residents at Walter Reed, signed the memo.
Two leading psychiatrists who later saw the memo said it was so damning, it might could have ruined Hasan's career had he applied for a job outside the Army.

Heroic acts honored
Five days after the rampage, then President Barack Obama spoke at a post memorial service for the 13 victims of the shooting rampage.
“This is a time of war. Yet these Americans did not die on a foreign field of battle. They were killed here, on American soil, in the heart of this great state and the heart of this great American community. This is the fact that makes the tragedy even more painful, even more incomprehensible,” he said.
“For those families who have lost a loved one, no words can fill the void that's been left. We knew these men and women as soldiers and caregivers. You knew them as mothers and fathers sons and daughters sisters and brothers,” he said.
“But here is what you must also know: Your loved ones endure through the life of our nation. Their memory will be honored in the places they lived and by the people they touched. Their life's work is our security, and the freedom that we all too often take for granted. Every evening that the sun sets on a tranquil town every dawn that a flag is unfurled every moment that an American enjoys life, liberty and the pursuit of happiness -- that is their legacy.”
On Nov. 5, 2010, the first anniversary of the shootings, 52 individuals received awards for their actions on the day of the massacre.
They included a posthumous award pf the Soldier's Medal to Capt. John Gaffaney, who died trying to charge the shooter and that decoration was presented to seven other soldiers, as well.
The Soldier's Medal is awarded to any person of the United States armed services who, while serving in any capacity with the military of the United States, including reserves who are not serving on active duty at the time of the heroic act, distinguished himself or herself by heroism not involving conflict with an enemy, the Department of Defense website says.
"It is the highest honor a soldier can receive for an act of valor in a non-combat situation, held to be equal to or greater than the level which would have justified an award of the Distinguished Flying Cross or Distinguished Service Cross had the act occurred in combat," the DOD says.
For enlisted men and women the Soldier's Medal comes with an extra benefit: "Any enlisted American service member who is eligible for retirement pay will receive an increase of 10 percent in retirement pay, if the level of valor was equal to that which would earn the (Distinguished Flying Cross or Distinguished Service Cross."
Civilian police Sgts. Kimberly Munley and Mark Todd were awarded the Secretary of the Army Award for Valor for their roles in neutralizing the shooter that day.
The May 23, 2011, civilian physician's assistant Michael Cahill, who died while charging Hasan with a chair, posthumously was awarded the Army Award for Valor.
Finally, on Feb. 6, 2015, the Department of Defense, in a news release, announced then Secretary of the Army John M. McHugh had approved awarding the Purple Heart and its civilian counterpart, the Secretary of Defense Medal for the Defense of Freedom, to all victims of the shooting.

Fort Hood’s dead
Michael Grant Cahill, 62, of Cameron, a civilian physician's assistant, killed while he was trying to subdue the shooter.
Capt. John P Gaffaney, 56, Sierra Mesas, California, also shot while charging the shooter.
Spc. Frederick Greene, 29, Mountain City, Tennessee, also shot while trying to subdue the shooter.
Maj. Libardo Eduardo Caraveo, Woodbridge, Virginia.
Staff Sgt. Justin Michael DeCrow, 32, Plymouth, Indiana, shot in the chest.
Spc. Jason Dean Hunt, 22, Norman, Oklahoma, shot in the back.
Staff Sgt. Amy Sue Krueger, 29, Keil, Washington, shot in the chest.
Pfc. Aaron Thomas Nemelka, 19, West Jordon, Utah, shot in the chest.
Pfc. Michael S. Pearson, 22, Bolingbrook, Illinois, shot in the chest.
Capt. Russell Gilbert Seager, 51, Racine, Washington.
Pfc. Francheska Velez, 21, Chicago, Illinois, shot in the chest, and was pregnant when she died. Her unborn baby, who died as well, has never been counted among the fatalities individually.
Lt. Col. Juanita L. Warman, 55, Pittsburgh, Pennsylvania, shot in the Abdomen.
Pfc. Kham See Xiong, 23, Saint Paul, Minnesota, shot in the head.

Fort Hood’s wounded
Spc. James Armstrong, leg wound Sgt. Patrick Blue, III, struck by bullet fragments Spc. Keara Bono Torkelson, shoulder and head wounds Spc. Logan M. Burnett, shot in the hip, left elbow and hand Spc. Alan Carroll, shot in the upper right arm, right bicep, left side of back, and left leg Capt. Dorothy Carskadon, Shot in the leg, hip, and stomach, grazed on the forehead and permanently disabled.
Also wounded were Staff Sgt. Joy Clark, shot in forearm Spc. Matthew D. Cooke, shot five times in the head, back, groin and buttocks Staff Sgt. Chad Davis, shot in the shoulder Pvt. Mick Engnehl, shot in the shoulder and neck Pvt. Joseph T. Foster, shot in the hip Pvt. Amber Bahr Gadlin, shot in the back and Sgt. Nathan Hewitt, shot twice in the leg.
Сержант. Alvin Howard was shot in the left shoulder Pvt. Najee M Hull was shot in the knee and twice in the back Staff Sgt. Eric Williams Jackson was shot in the right arm Pvt. Justin T. Johnson was shot twice in the back and in the foot Staff Sgt. Alonzo M. Lunsford, Jr. was shot seven times, including in the head Staff Sgt. Shawn M. Manning was grazed in the lower right side, and shot in the left upper chest, left back, lower right thigh, upper right thigh, and right foot and Staff Sgt. Paul Martin was shot in the arm, leg, and back.
Also wounded in the melee was 2nd Lt. Brandy Mason who was shot in the hip Spc. Grant Moxon, shot in the leg civilian police Sgt. Kimberly Munley, shot twice in the leg and grazed in the hand Spc. John Pagel, shot through his left arm bullet traveled into left side of his chest Spc. Dayna Ferguson Roscoe, shot in the arm, shoulder, and thigh and CWO Christopher H. Royal, who was wounded by gunfire and in the days following the incident started a nonprofit foundation called "32 Still Standing" to raise money to support the survivors.
Lastly the wounded list includes Maj. Randy Royer, shot in the arm and leg Spc. Jonathan Sims, shot in the chest and back Spc. George O. Stratton, III, shot in the shoulder Staff Sgt. Patrick Zeigler, shot in the left shoulder, left forearm, left hip, and left side of the head Sgt. Miguel A. Valdivia, shot in the right thigh and left hip and Staff Sgt. Thuan Nguyen was shot in the thigh.

BELL COUNTY, Texas (KWTX)--When Fort Hood called for help on Nov. 5, 2009, every local agency responded to lend a hand, but in the long run, no hometown agency took on more responsibility than did Bell County. Bell County Chief Deputy Sheriff Chuck Cox said from the beginning he knew the county would shoulder much of the responsibility for holding Hasan and moving back-and-forth to court dates and trial.
Bell County Sheriff Eddie Lange was elected and took office about eight months before the Hasan story had a local end, Cox said, but Lange has studied the event and, though not concrete, estimates Bell County was reimbursed about $1.7 million from the federal government to cover costs associated with housing and moving Hasan.
"The monkey kind of was already on our back prior to that time," Cox said, himself and former military policeman who was assigned to Fort Hood during his tour.
Cox said many years before the shooting, the Department of the Army began closing stockade facilities on Army posts and instead began contracting with civilian authorities to house soldiers who were accused of crimes or being held pending court martial.
Hasan presented a special challenge, mainly because he was, and still is, bedridden, unable to stand or walk, injuries which resulted from his being shot by police. "The government realized early on that there would be special issues with this case, so they amended the contract between the Army and Bell County to recognize those requirements and take them into account," Cox said.
Hasan was transferred to the Bell County Jail on April 9, 2010 and "he lived in the infirmary," Cox said.
"At first he was on a 24-hour watch," Cox said, "there was a uniformed deputy sitting at a small desk, watching through the infirmary window and making notes every 15 minutes. "Later that changed to a 12-hour watch."
Cox said Hasan, like all other military prisoners, was held separate from the jail's general population.
The other responsibility Bell County shouldered was transporting Hasan to court dates as his court martial drew near.
"We had two ways to move him, on the ground or by air," Cox said. He said most of Hasan's movement to Fort Hood was by air.
"But when we had to move him by ground, we had a team leader and a whole team that took part in that, all paid on overtime," Cox said.
Hasan flew out for the last time on August 20, 2013, after spending 1,239 days in the Bell County Jail, and on that day "I actually went out to the perimeter and watched as that helicopter took off," Cox said.
"Usually it would turn northwest, headed for post, but that day I was very happy to see it turn southwest, toward Gray Army Airfield, and then on to Leavenworth." (Paul J. Gately)


Army Doctor Held in Ft. Hood Rampage

An Army psychiatrist facing deployment to one of America’s war zones killed 13 people and wounded 30 others on Thursday in a shooting rampage with two handguns at the sprawling Fort Hood Army post in central Texas, military officials said.

It was one of the worst mass shootings ever at a military base in the United States.

The gunman, who was still alive after being shot four times, was identified by law enforcement authorities as Maj. Nidal Malik Hasan, 39, who had been in the service since 1995. Major Hasan was about to be deployed to Iraq or Afghanistan, said Senator Kay Bailey Hutchison, Republican of Texas.

Clad in a military uniform and firing an automatic pistol and another weapon, Major Hasan, a balding, chubby-faced man with heavy eyebrows, sprayed bullets inside a crowded medical processing center for soldiers returning from or about to be sent overseas, military officials said.

The victims, nearly all military personnel but including two civilians, were cut down in clusters, the officials said. Witnesses told military investigators that medics working at the center tore open the clothing of the dead and wounded to get at the wounds and administer first aid.

As the shooting unfolded, military police and civilian officers of the Department of the Army responded and returned the gunman’s fire, officials said, adding that Major Hasan was shot by a first-responder, who was herself wounded in the exchange.

In the confusion of a day of wild and misleading reports, the major and the officer who shot him were both reported killed in the gun battle, but both reports were erroneous.

Eight hours after the shootings, Lt. Gen. Robert W. Cone, a base spokesmen, said Major Hasan, whom he described as the sole gunman, had been shot four times, but was hospitalized off the base, under around-the-clock guard, in stable condition and was not in imminent danger of dying.

Another military spokesman listed the major’s condition as critical. The condition of the officer who shot the gunman was not given.

Major Hasan was not speaking to investigators, and much about his background — and his motives — were unknown.

General Cone said that terrorism was not being ruled out, but that preliminary evidence did not suggest that the rampage had been an act of terrorism. Fox News quoted a retired Army colonel, Terry Lee, as saying that Major Hasan, with whom he worked, had voiced hope that President Obama would pull American troops out of Iraq and Afghanistan, had argued with military colleagues who supported the wars and had tried to prevent his own deployment.

Изображение

As a parade of ambulances wailed to the scene of the shootings, officials said the extent of injuries to the wounded varied significantly, with some in critical condition and others lightly wounded. General Cone praised the first-responders and the medics who acted quickly to administer first aid at the scene.

“Horrible as this was, I think it could have been much worse,” the general said.

The rampage recalled other mass shootings in the United States, including 13 killed at a center for immigrants in upstate New York last April, the deaths of 10 during a gunman’s rampage in Alabama in March and 32 people killed at Virginia Tech in 2007, the deadliest shooting in modern American history.

As a widespread investigation by the military, the F.B.I., and other agencies began, much about the assault in Texas remained unclear. Department of Homeland Security officials said the Army would take the lead in the investigation.

A federal law enforcement official said the F.B.I. was sending more agents to join the inquiry. On Thursday night, F.B.I. agents were interviewing residents of a townhouse complex in the Washington suburb of Kensington, Md., where Major Hasan had lived before moving to Texas.

Mr. Obama called the shootings “a horrific outburst of violence” and urged Americans to pray for those who were killed and wounded.

“It is difficult enough when we lose these men and women in battles overseas,” he said. “It is horrifying that they should come under fire at an Army base on American soil.”

The president pledged “to get answers to every single question about this horrible incident.”

Military records indicated that Major Hasan was single, had been born in Virginia, had never served abroad and listed “no religious preference” on his personnel records. Three other soldiers, their roles unclear, were taken into custody in connection with the rampage. The office of Representative John Carter, Republican of Texas, said they were later released, but a Fort Hood spokesman could not confirm that. General Cone said that more than 100 people had been questioned during the day.

Fort Hood, near Killeen and 100 miles south of Dallas-Fort Worth, is the largest active duty military post in the United States, 340 square miles of training and support facilities and homes, a virtual city for more than 50,000 military personnel and some 150,000 family members and civilian support personnel. It has been a major center for troops being deployed to or returning from service in Iraq and Afghanistan.

The base went into lockdown shortly after the shootings. Gates were closed and barriers put up at all entrance and exit checkpoints, and the military police turned away all but essential personnel. Schools on the base were closed, playgrounds were deserted and sidewalks were empty. Sirens wailed across the base through the afternoon, a warning to military personnel and their families to remain indoors.

Military commanders were instructed to account for all personnel on the base.

“The immediate concern is to make sure that all of our soldiers and family members are safe, and that’s what commanders have been instructed to do,” said Jay Adams of the First Army, Division West, at Ford Hood.

General Cone said the shooting took place about 1:30 p.m., inside a complex of buildings that he called a Soldier Readiness Processing Center. The type of weapons used was unclear, and it was not known whether the gunman had reloaded, although it seemed likely, given that 43 people were shot, perhaps more than once.

All the victims were gunned down “in the same area,” General Cone said.

As the shootings ended, scores of emergency vehicles rushed to the scene, which is in the center of the fort, and dozens of ambulances carried the shooting victims to hospitals in the region.

Both of the handguns used by Major Hasan were recovered at the scene, officials said. Investigators said the major’s computers, cellphones and papers would be examined, his past investigated and his friends, relatives and military acquaintances would be interviewed in an effort to develop a profile of him and try to learn what had motivated his deadly outburst.

Major Hasan was assigned to the Darnall Army Medical Center at Fort Hood.

The weapons used in the attack were described as “civilian” handguns. Security experts said the fact that two handguns had been used suggested premeditation, as opposed to a spontaneous act.

Rifles and assault weapons are conspicuous and not ordinarily seen on the streets of a military post, and medical personnel would have no reason to carry any weapon, they said. Moreover, security experts noted, it took a lot of ammunition to shoot 43 people, another indication of premeditation.

It appeared certain that the shootings would generate a whole new look at questions of security on military posts of all the armed forces in the United States. Expressions of dismay were voiced by public officials across the country.

The Muslim Public Affairs Council, speaking for many American Muslims, condemned the shootings as a “heinous incident” and said, “We share the sentiment of our president.”

The council added, “Our entire organization extends its heartfelt condolences to the families of those killed as well as those wounded and their loved ones.”

General Cone said Fort Hood was “absolutely devastated.”

News of the shooting set off panic among families and friends of the base personnel. Alyssa Marie Seace’s husband, Pfc. Ray Seace Jr., sent her a text message just before 2 p.m. saying that someone had “shot up the S.R.P. building,” referring to the Soldier Readiness Processing Center. He told her he was “hiding.”

Ms. Seace, 18, who lives about five minutes from the base and had not been watching the news, reacted with alarm. She texted him back but got no response. She called her father in Connecticut, who told her not to call her husband because it might reveal his hiding place.

Finally, 45 minutes later, her husband, a mechanic who is scheduled to deploy to Iraq in February, texted back to say that three people from his unit had been hit and that a dozen people in all were dead.

By late afternoon, the sirens at Fort Hood had fallen silent. In Killeen, state troopers were parked on ridges overlooking the two main highways through town. In residential areas, the only signs of life were cars moving through the streets. In the business districts, people went about their business.

In 1991, Killeen was the scene of one of the worst mass killings in American history. A gunman drove his pickup truck through the window of a cafeteria, fatally shot 22 people with a handgun, then killed himself.

Fort Hood, opened in September 1942 as America geared up for World War II, was named for Gen. John Bell Hood of the Confederacy. It has been used continuously for armor training and is charged with maintaining readiness for combat missions.

It is a place that feels, on ordinary days, like one of the safest in the world, surrounded by those who protect the nation with their lives. It is home to nine schools — seven elementary schools and two middle schools, for the children of personnel. But on Thursday, the streets were lined with emergency vehicles, their lights flashing and sirens piercing the air as Texas Rangers and state troopers took up posts at the gates to seal the base.

Shortly after 7 p.m., the sirens sounded again and over the loudspeakers a woman’s voice that could be heard all over the base announced in a clipped military fashion: “Declared emergency no longer exists.”

The gates reopened, and a stream of cars and trucks that had been bottled up for hours began to move out.


The military psychiatrist accused of shooting 13 people dead during a rampage at a U.S. army base is awake and talking, hospital staff said today.

Major Nidal Malik Hasan was in a coma after being shot several times by a civilian police officer responding to the attack at Fort Hood in Texas last Thursday.

But officials at the Brooke Army Medical Centre in San Antonio confirmed today that he was conscious.

Maria Gallegos, spokeswoman for the hospital, said: 'He is conversing with the medical staff.'

Rampage: Video footage shows Major Nidal Malik Hasan shopping at a 7-11 store just outside Fort Hood, Texas, seven hours before he shot 13 people dead

Ms Gallegos added that she was not sure if the suspect had spoken to investigators yet.

Hasan awoke as it was revealed that he apparently attended the same Virginia mosque as two September 11 hijackers in 2001, a time when a radical imam preached there.

Whether Hasan associated with the hijackers is something the FBI will probably look into, according to a law enforcement official who spoke on condition of anonymity because the investigation is ongoing.

The family of the Army psychiatrist who killed 13 and wounded 29 at the Texas military base, held his mother's funeral at the Dar al Hijrah Islamic Center in Falls Church, Virginia, on May 31, 2001, according to her obituary in the Roanoke Times newspaper.

At the time, Anwar Aulaqi was an imam, or spiritual leader, at the Washington-area mosque. Aulaqi told the FBI in 2001 that, before he moved to Virginia in early 2001, he met with 9/11 hijacker Nawaf al-Hazmi several times in San Diego. Al-Hazmi was at the time living with Khalid al-Mihdhar, another hijacker.

Al-Hazmi and another hijacker, Hani Hanjour, attended the Dar al Hijrah mosque in Virginia in early April 2001. In his FBI interview, Aulaqi denied ever meeting with al-Hazmi and Hanjour while in Virginia. Shaker Elsayed, the current imam at Dar Al Hijrah, declined to comment.

Taking aim: Kim Munley who shot Major Nidal Malik Hasan at the Fort Hood shooting in Texas takes aim at a rifle range

Heroine: Kim Munley, a civilian police officer, is the woman who brought Hasan down by shooting him four times before he could slaughter more people

The new details emerged as police revealed that the lightly-built police heroine who is credited with halting the Fort Hood massacre almost died at the scene after losing half the blood in her body.

Mother of one Sergeant Kimberley Munley confronted gunman Nidal Malik Hasan and, despite being wounded in both legs, brought him down with four shots.

One of the shots cut an artery in her leg, leaving blood pumping out but she still managed to keep firing before collapsing.

Medic Francisco Delaserna applied a tourniquet to Sgt Munley as she drifted in and out of consciousness because of blood loss.

'I cut her trousers oopen, tied a tourniquet around her thigh and stopped the bleeding. But she had already lost a lot of blood,' he said.

He then moved on to treat Hasan, the man he had just seen shooting his fellow soldiers.

Army psychiatrist Major Hasan had killed 13 and left 31 injured after he jumped on to a desk screaming 'Allahu Akbar' - God in Great - and fired on defenceless colleagues.

He then moved on to treat Hasan, the man he had just seen shooting his fellow soldiers.

Army psychiatrist Major Hasan had killed 13 and left 31 injured after he jumped on to a desk screaming 'Allahu Akbar' - God in Great - and fired on defenceless colleagues.

But the carnage would have been even greater were it not for the actions of Sergeant Munley who minutes earlier had been directing traffic.

The revelations come as the U.S. Army chief of staff says it's important for the U.S. not to get caught up in speculation about the Muslim faith of the alleged Fort Hood gunman.

Gen. George Casey says he's instructed his commanders to be on the lookout for that reaction to the killings at the Texas post.

He says focusing on the Islamic roots of the suspected shooter, Maj. Nidal Malik Hasan, could "heighten the backlash" against all Muslims in the military.

Casey says diversity in the military "gives us strength."

In retrospect, the signs of Maj. Nidal Malik Hasan's growing anger over the U.S. wars in Iraq and Afghanistan seem unmistakable. But even people who worried his increasingly strident views were clouding his ability to serve the U.S. military could not predict the murderous rampage of which he now stands accused.

Crouched behind a wall, armed detectives try to work what is going on during the shooting

Military police take cover during the shooting at the Fort Hood Soldier Readiness Processing Center

In the months leading to Thursday's shooting spree, Hasan raised eyebrows with comments that the war on terror was "a war on Islam" and wrestled with what to tell fellow Muslim solders who had their doubts about fighting in Islamic countries.

"The system is not doing what it's supposed to do," said Dr. Val Finnell, who complained to administrators at a military university about what he considered Hasan's "anti-American" rants. "He at least should have been confronted about these beliefs, told to cease and desist, and to shape up or ship out."

Finnell studied with Hasan from 2007-2008 in the master's program in public health at the military's Uniformed Services University of the Health Sciences in Bethesda, Maryland, where Hasan persistently complained about perceived anti-Muslim sentiment in the military and injected his politics into courses where they had no place.

Army officer Joseph Foster, who was wounded during the Fort Hood shooting, talks to the media with his wife Mandi and 6-month-old daughter Keilee

Maj. Nidal Malik Hasan who is currently in hospital. The US military has not revealed when they plan to question him

"In retrospect, I'm not surprised he did it," Finnell said of the shootings. "I had real questions about what his priorities were, what his beliefs were."
Hasan, who was shot by civilian police and taken into custody, was in intensive care but breathing on his own late Saturday at an Army hospital in San Antonio. Officials refused to say if he was talking to investigators.

At least 17 victims remained hospitalized with gunshot wounds, and nine were in intensive care late Saturday. On Sunday, numerous church services honoring the victims were planned both on the post and in neighboring Killeen.

Military criminal investigators continue to refer to Hasan as the only suspect in the shootings but won't say when charges would be filed. "We have not established a motive for the shootings at this time," said Army Criminal Investigative Command spokesman Chris Grey.

A government official speaking on condition of anonymity because the person was not authorized to discuss the case said an initial review of Hasan's computer use has found no evidence of links to terror groups, or anyone who might have helped plan or push him toward the shooting attack.

The review of Hasan's computer is continuing and more evidence could emerge, the source said.
Hasan likely would face military justice rather than federal criminal charges if investigators determine the violence was the work of just one person.

Hasan's family described a man incapable of the attack, calling him a devoted doctor and devout Muslim who showed no signs that he might lash out.

"I've known my brother Nidal to be a peaceful, loving and compassionate person who has shown great interest in the medical field and in helping others," said his brother, Eyad Hasan, of Sterling, Virginia, in a statement. "He has never committed an act of violence and was always known to be a good, law-abiding citizen."

Still, in the days since authorities believe Hasan fired more than 100 rounds in a soldier processing center at Fort Hood in the worst mass shooting on a military facility in the U.S., a picture has emerged of a man who was forcefully opposed to the wars in Iraq and Afghanistan, was trying to elude his pending deployment to Afghanistan and had struggled professionally in his work as an Army psychiatrist.

"I told him, 'There's something wrong with you,"' Osman Danquah, co-founder of the Islamic Community of Greater Killeen, told The Associated Press on Saturday. "I didn't get the feeling he was talking for himself, but something just didn't seem right."

One of the 30 wounded is transported away on a table by fellow soldiers

Crouching for cover these soldiers try to understand what is going on during the shooting. The soldier in the centre can be seen talking on his mobile phone

Private Marquest Smith, 21, shows how one of the bullets from the shooting became embedded in his boot

Danquah assumed the military's chain of command knew about Hasan's doubts, which had been known for more than a year to classmates at the Maryland graduate military medical program. His fellow students complained to the faculty about Hasan's "anti-American propaganda," but said a fear of appearing discriminatory against a Muslim student kept officers from filing a formal complaint.

Others recalled a pleasant neighbor who forgave a fellow soldier charged with tearing up his "Allah is Love" bumper sticker. A superior officer at Darnall Army Medical Center at Fort Hood, Colorado. Kimberly Kesling, has said Hasan was quiet with a strong work ethic who provided excellent care for his patients.

Twice this summer, Danquah said, Hasan asked him what to tell soldiers who expressed misgivings about fighting fellow Muslims. The retired Army first sergeant and Gulf War veteran said he reminded Hasan that these soldiers had volunteered to fight, and that Muslims were fighting each other in Afghanistan, Pakistan and the Palestinian territories.

"But what if a person gets in and feels that it's just not right?" Danquah recalled Hasan asking him.
"I'd give him my response. It didn't seem settled, you know. It didn't seem to satisfy," he said. "It would be like a person playing the devil's advocate. . I said, 'Look. I'm not impressed by you."'

Danquah said he was disturbed by Hasan's persistent questioning but never told anyone at the sprawling Army post about the talks, because Hasan never expressed anger toward the Army or indicated any plans for violence.

"If I had an inkling that he had this type of inclination or intentions, definitely I would have brought it to their attention," he said.

The victims of the shooting: From top left, Specialist Jason Dean Hunt, 22 Sgt. Amy Krueger, 29 Private Aaron Thomas Nemelka, 19 Michael Grant Cahill, 62 Private Kham Xiong, 23 Staff Sgt. Justin M. DeCrow, 32. From bottom left, Private Michael Pearson, 21 Russell Seager, 51 Francheska Velez, 21 Capt. John Gaffaney, 56 and Major L. Eduardo Caraveo, 52

From left, Imam Syed Ahmed Ali, Chaplain Jason Palmer, and Chaplain Ira Houck sit together at the Islamic Community Center in Killeen, Texas. The chaplains paid a visit to the imam to extend an invitation to the memorial service being held on Tuesday, for victims of a mass shooting

Dar al-Hijrah mosque in Great Falls, Virginia where Major Nidal Malik Hasan worshipped

Hasan was promoted from captain to major in 2008, the same year he graduated from the master's program. Bernard Rostker, a military personnel expert at the Rand Corp., said a shortage of officers and psychiatrists meant Hasan's advancement was all but certain absent a serious blemish on his record, such as a DUI or a drug charge.

Hasan reportedly jumped up on a desk and shouted "Allahu akbar!" - Arabic for "God is great!" - at the start of Thursday's attack.

"Hopefully, they can put together the pieces and find out what in the world was in his mind and why he went crazy," Danquah said. "Aaaaah, it's sad. Those soldiers could have been my soldiers."


Army major kills 13 people in Fort Hood shooting spree

TSgt Джо К.

Army major kills 13 people in Fort Hood shooting spree

A military jury recommended Major Nidal Hasan be executed for killing 13 people in a 2009 mass shooting at Fort Hood. More from CNN at http://www.cnn.com/ --.

Thank you for reminding us TSgt Joe C. of the barbaric act by Muslim Major Nadal Malik Hasan for killing 13 people and the yet-to-born infant inside Private First Class Francheska Velez in the mass shooting on November 5, 2009 at the Soldier Readiness Processing Center at Fort Hood, Texas.

Prayers for the families of the murdered
Rank/occupation Name Age Hometown Notes
Civilian Physician Assistant Michael Grant Cahill 62 Spokane, Washington Shot while trying to charge the shooter
Major Libardo Eduardo Caraveo 52 Woodbridge, Virginia
Staff Sergeant Justin Michael DeCrow 32 Plymouth, Indiana Shot in the chest
Captain John P. Gaffaney 56 Serra Mesa, California Shot while trying to charge the shooter
Specialist Frederick Greene 29 Mountain City, Tennessee Shot while trying to charge the shooter
Specialist Jason Dean Hunt 22 Norman, Oklahoma Shot in the back
Staff Sergeant Amy Sue Kruege 29 Kiel, Wisconsin Shot in the chest
Private First Class Aaron Thomas Nemelka 19 West Jordan, Utah Shot in the chest
Private First Class Michael S. Pearson 22 Bolingbrook, Illinois Shot in the chest
Captain Russell Gilbert Seager 51 Racine, Wisconsin
Private First Class Francheska Velez 21 Chicago, Illinois Shot in the chest. Was pregnant when killed, and the baby also died
Lieutenant Colonel Juanita L. Warman 55 Pittsburgh, Pennsylvania Shot in the abdomen
Private First Class Kham See Xiong 23 Saint Paul, Minnesota Shot in the head


Смотреть видео: В США мужчина устроил стрельбу в супермаркете: 13 человек ранены, 1 убитый. (January 2022).